n1maerd (n1maerd) wrote,
n1maerd
n1maerd

✍ #13






Сквозь неподъемные бетонные плиты пробиваются робкие, безнадёжные травинки. Чужой самолёт гоняет двигателями листья платана, бежит босыми ногами по горячему асфальту, грузно взлетает в душном воздухе, махая крыльями и пугая птиц протяжным рёвом. Над небольшим зданием голубыми буквами по синему небу написано: «Аэровокзал». Я закрываю и открываю глаза, но ничего не меняется. В моих руках пиджак, на моей голове — соломенная шляпа, на глазах — солнечные очки. Я еще не знаю, что всё это мне не пригодится следующие шесть дней.

Крепкая, грудастая девчушка, прижав правой согнутой рукой самое драгоценное к телу, использует образовавшуюся естественную ёмкость для хранения медуз. Он вылавливает их левой рукой, забрасывая между дынек, а затем метает липкое желе в загорелых парнишек, бегающих по песку, ныряющих с пирса в холодную воду, отвечая ей медузной взаимностью. Меня хватило только на босоноженье и закатывание штанин в два оборота — вода кажется слишком холодной, пляжный отдых — слишком ленивым, тело — слишком бледным. Впрочем, последнее само собой уладится.

Одуревшие от жары собаки спят вповалку в парках, не обращая внимания на котов, уставших делить крохотные дворы. Вечерний город освещен только свечами на столиках кафе, стояночным огнями кораблей и фарами такси, гремящих по узким мощёным улицам словно горсть орехов в пустом ведре.

Я видел дельфина, который приходил за глотком воздуха. Я рвал с куста шелковицу, покупал шесть литров молока из пятилитрового бидона, на котором было написано имя коровы, нежно сцеженной по утру к моему скромному завтраку. Я видел столько брынзы, что не знаю теперь, куда мне девать увиденное. Дремучий трамвай вёз меня мимо старой кирхи, от блошиного рынка с цыплятами и котятами на вес в кафе, которое успело стать любимым. Грубое вино и эклер, умирающий от передозировки кремом. «Ламборджини», под которым спят коты. Бесконечные подземные катакомбы с мерцающим фонариком впереди и качающейся позади тенью тех, кто в них жил и сражался. Вдвоём в крохотной кабинке канатной дороге, высота поцелуя над уровнем моря — метров сорок, не меньше.

Краны приветливо кивают друг другу, владельцы огромных орлов пытаются заработать ими себе на обед, тыча птицами в туристов, бегающих туда-обратно по длинной лестнице. Один Ришелье когда-то устраивал интриги вокруг подвески, другой скромно протягивает бронзовую руку каждому встречному. Однако у встречного хватает дел — бескозырки, жидкое мороженое, крепкий, словно дёготь, эспрессо и бессмертный оркестр, играющий знакомые с детства мелодии. Чайки устали кричать и летают молча.

Пройти напоследок по морщинистой красоте загорелого города, провести рукой по стене, сложенной из хрупкого ракушника, погладить кота, постоять у памятника Заменгофу и поплакать на прощанье в простыню, отчаявшуюся высохнуть под бесконечными июньскими дождями. Нам еще есть о чём поговорить, Одесса, а значит, я вернусь. Обещаю.
Tags: Дни
Subscribe

  • Вещи и сны

    Ребята, мои рукописные размышления переехали для специально созданный для этого блог, вот этот: Последнее время я веду этот ЖЖ в режиме вялого…

  • ✍ 30

    Он почувствовал неладное сразу после того, как вошёл внутрь. Пласт воздуха, стиснутый между холодным бетонным полом и огромным жестяным…

  • ✍ 29

    Дюжина шагов вниз по вечно скользкой лестнице. Кроме меня по ней изредка спускаются лишь старческие ноги, старательно утеплённые войлоком,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment